«Люди, которые читают книги, всегда будут управлять теми, кто смотрит телевизор»
— Фелиция Жанлис

Ангелова кукла

Кочергин Э.С. Кочергин Э.С.
Артикул: 9785938982048
Жанр: Рассказы
Издательство: Вита Нова
ISBN: 9785938982048
Язык: Русский
Переплет: Кожаный переплет
5 556 р.
Нет в наличии
Аннотация
О КНИГЕ

    Предисловие К. М. Азадовского
    Статья В. И. Ракитина
    Иллюстрации Бориса Заборова

В книгу театрального художника Эдуарда Кочергина «Ангелова кукла», ставшую настоящей сенсацией в литературной жизни обеих столиц, включено 35 рассказов, два из которых в книжном варианте публикуются впервые. Судьбы «униженных и оскорбленных» новейшей российской истории, описанные в книге, легли в основу одноименного спектакля БДТ им. Г. А. Товстоногова. В качестве иллюстраций в книге репродуцированы картины Бориса Заборова, одного из известнейших современных художников, чьи работы хранятся в крупнейших музейных коллекциях мира. Специально для настоящего издания написаны статьи историка литературы К. М. Азадовского и известного искусствоведа В. И. Ракитина.

В этой истории два героя. Два признанных миром художника.
Питерский Эдуард Кочергин — театральный художник, как теперь говорят, сценограф. Живописец Борис Заборов — давний парижанин. В юности он учился в Репинском, потом перебрался в Москву, в Суриковский, потом уехал в Минск. Дальше — Париж.
Театр — беспощадный партнёр, не щадящий ни сил, ни времени художника. Кочергин всегда работал с очень интересными и очень придирчивыми режиссёрами: Георгием Товстоноговым, Львом Додиным, Камой Гинкасом, Юрием Любимовым… И вдруг написал книгу. «Ангелова кукла» показала, что Кочергин не только известный художник, но и настоящий писатель, питерский писатель.
И вот однажды в Париже, в мастерской Бориса Заборова, Кочергину почудилось, что он вновь попал в круг своих героев. Такое совпадение редко бывает. Художники вместе выбирали картины. Кочергин приговаривал: это — Машка Коровья Нога, это — Аришка Порченая, а вот это — Мытарка Коломенская. Действие переносилось с Васильевского острова и Петроградской стороны в иное пространство…
Живопись Заборова — странный и поэтичный камертон восприятия историй Кочергина. Это пленер, в котором находят своё место питерские островитяне с их битвой за жизнь и верой в неё вопреки всей безысходности. Диалог Кочергина и Заборова неожиданен. Текст и картины обогащают друг друга.



О ХУДОЖНИКЕ

Борис Заборов — художник поэтических миражей. В туманностях прошлого возникает особая метафизика жизни. Она была и во времена «Петербургских тайн», будет и завтра в глухих углах мегаполисов. Меняется антураж, суть не меняется. Картины Заборова — не поиски утраченного времени или ностальгия. Это видения и тайные встречи. Сны о реальности. Очень личные переживания.

Заборов возвращает зрителя в нераспознанное. Внутренняя жизнь всегда тайна, даже если перед нами тривиальные персонажи социума, примитивные, грубые, но по-своему цельные.
Художник берёт старую фотографию, слушает шум времени и создаёт живопись тонкую и лиричную. Штамп оборачивается артистичным приёмом, провинциальная статика мечтой о вечности. Ведь простые обыватели чувствовали себя перед человеком с камерой — для них магом — не менее торжественно, чем придворные модели перед модным портретистом. Птичка вылетела, и мгновение остановилось.
Что «проявляет» мастер из увиденного и прочувствованного, когда преднамеренно засвечивает плёнку, и что вытягивает ретушью? Живопись Заборова далека от педантичного фотореализма. На холсте-экране встречаются ушедшее и сегодняшнее. Лирическая рефлексия, комментарии и эпичность не противоречат друг другу.
Российский читатель-зритель, возможно, видел выставки Заборова
в Питере, в Манеже в девяносто пятом и в Русском музее в две тысячи четвёртом, в Москве в Государственном музее изобразительных искусств, в залах Третьяковки на Крымском Валу. Но может быть, и не видел: поди уследи за всем, что привозят из зарубежного далека.
Немало российских художников обосновалось в Париже. И большинство из них затерялось среди десятков тысяч парижских художников. Париж — придирчивый критик. Заборов — один из немногих, кто выдержал испытание Парижем. О нём пишут диссертации, издают монографии. В 2007 году книгу о Заборове выпустило знаменитое швейцарское издательство Skira. У Заборова много успешных выставок не только в Париже, но и в Америке, Голландии, Японии, где его творчество сразу получило высокую оценку. Заборов иллюстрировал книги, выпускал папки уникальной графики. Работал в Комеди Франсез не только над русской классикой («Маскарад» Лермонтова, «Месяц в деревне» Тургенева), но и над французской («Лукреция Борджиа» Гюго, «Амфитрион» Мольера). Но главным в Париже для него стала живопись.
После первых же выставок в знаменитой галерее Клода Бернара Заборов естественно вошёл в парижскую художественную жизнь. Заметили его индивидуальный художественный язык: банальное соседствовало с гротеском, лирика с отчуждением, примитив с ассоциациями из высокой классики. Его картины населены разными персонажами. Одни из них могли бы жить во времена Веласкеса, другие на восточноевропейских просторах идишланд, третьи в старом Петербурге или в Париже.
Каждая живописная ситуация предполагает неспешное вчувствование. И тогда зритель ощутит поэтику и магию мира этой живописи.

(Василий Ракитин)

Не зарегистрированы? Регистрация
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
Регистрация
или
Уже регистрировались? Вход
Бронирование
Зал
Дата
Время